RUS / ENG На главную
Поиск по сайту
Гостевая книга Карта сайта
Екатерининский дворецЕкатерининский паркАлександровский дворецАлександровский парк

ПОДАРОК ПРУССКОГО КРОНПРИНЦА
Шкатулка великой княгини Александры Фёдоровны

Автор: заместитель директора по научной
и просветительской работе И.К. Ботт

Благодаря политическому союзу России и Пруссии, сложившемуся в ходе наполеоновских войн и на долгие годы сплоченному родственными связями, русско-немецкое общение в николаевскую эпоху приобретает особые формы. В 1820–1850-х годах, в результате постоянных контактов между двумя коронованными фамилиями, в Санкт-Петербурге и Берлине появляются архитектурные памятники и произведения искусства, возникшие как следствие интересов и вкусов представителей обоих домов. Истории их создания, расшифрованные и реконструированные, позволяют представить конкретные жизненные ситуации, за которыми нередко проступает тепло человеческих отношений.

Одна из шкатулок в собрании музея-заповедника «Царское Село», привлекшая внимание необычным оформлением и происхождением из императорской коллекции, став «прозрачной» (по образному выражению В. Набокова), «поведала» историю своего появления в России. 

Большая шкатулка, фанерованная розовым деревом, крышка которой украшена фарфоровым пластом с изображением загородного (явно немецкого) пейзажа, закрывалась с помощью замка на цепочке, которая продевалась через шесть золоченых колец с драгоценными и полудрагоценными камнями – бирюзой, жемчугом, сапфиром, хризолитом, изумрудом и лазуритом. Попытки расшифровать сохранившиеся на дне шкатулки номера и с их помощью восстановить историю бытования, владельческую принадлежность и время поступления шкатулки в Царское Село не увенчались успехом, и, казалось, шкатулка навсегда останется безымянной.

Однако, как часто бывает в музейной практике, помог случай. На акварели Л. Премацци, изображающей Будуар императрицы Александры Федоровны в Аничковом дворце (1855), справа, на этажерке была обнаружена наша шкатулка: стало понятно, что искать ее следует среди вещей, принадлежавших Александре Федоровне. Действительно, еще по одной акварели, на сей раз В. Барта, зафиксировавшей кабинет великой княгини в 1823 году, можно было судить, что уже с начала 1820-х годов интересующий нас предмет находился в этом помещении, на той же  этажерке. Оба датированных изобразительных документа позволили сделать предположения, что шкатулка появилась в России вместе с принцессой Шарлоттой, являлась ее собственностью, и находилась в Аничковом дворце до конца дней императрицы. Архивные документы подтвердили некоторые из этих предположений: из дела «О хранении в Зимнем дворце вещей, принадлежащих в Бозе почивающей Государыни Императрицы» стало известно, что среди личных вещей Александры Федоровны из Собственного (Аничкова) дворца в 1868 году была доставлена «шкатулка розового дерева на крышке с картиною, писаною на фарфоре, запирающаяся посредством бронзовой цепочки с замком и ключом <…> для постановки… в Зимнем дворце  на половине покойной Императрицы»[1].  В Царском Селе шкатулка появилась, скорее всего, после закрытия «исторических комнат» Зимнего дворца в 1926 году, когда ряд мемориальных предметов был передан в пригородные дворцы-музеи.

Оставался неразрешенным основной вопрос, – по какому случаю была изготовлена шкатулка, когда и как она оказалась в России?  Ответ на него можно было получить, поняв, что изображено на фарфоровом пласте. Опознать пейзаж помогли немецкие коллеги, подтвердившие, что на крышке запечатлен Фрайенвальде – загородное имение королевы Фредерики Луизы, бабушки принцессы Шарлотты.

Имение Фрайенвальде, расположенное к северо-востоку от Берлина, было связано со многими памятными событиями в жизни прусской королевской семьи. На рубеже XVIII и XIX веков до глубокой осени в заботах о парке и хозяйстве здесь жила вдовствующая королева, в гости к которой приезжали ее старшие внуки – Фридрих Вильгельм, Шарлотта и Вильгельм – братья будущей русской императрицы. Оставаясь гостить у коронованной бабушки, дети вели простой образ жизни, наслаждались общением с природой, помогали в работах по саду, которому Фредерика Луиза уделяла особое внимание.

Из трех старших внуков бабушка выделяла кронпринца, игры и шалости которого не только не сердили, но умиляли ее. Для Фридриха Вильгельма Фрайенвальде также стал любимым местом; он часто оставался здесь до поздней осени, пока не уезжала в столицу Фредерика Луиза.

Уже после кончины королевы-бабушки, в тяжелые годы наполеоновских войн Фрайенвальде еще раз возник в семейной хронике приятным воспоминанием: возвращаясь из ссылки в Берлин в декабре 1809 года, перед торжественным въездом в столицу здесь остановилась семья Фридриха Вильгельма III, встреченная местным населением факельным шествием и ликованием. Весной 1810 года в честь этого события, связанного с последним посещением Фрайенвальде легендарной королевой Луизой (матерью Александры Федоровны), в дворцовом парке был высажен дуб в ее память.

В любимый загородный дом своего детства заехала по пути в Санкт-Петербург и принцесса Шарлотта, когда в 1817 году покидала Пруссию.

Нарядную шкатулку с видом Фрайенвальде прусская принцесса могла привезти с собой, однако с большим основанием можно допустить, что этот предмет на память о безмятежном детстве в загородном доме бабушки подарил великой княгине ее старший брат: Фридрих Вильгельм мог преподнести Александре Федоровне шкатулку в 1818 году – во время своего первого посещения России.  

Прусский наследный принц приезжал к русским родственникам несколько раз, и его приезды всегда были связаны с важными событиями в жизни императорского Двора [2]. Первый визит в свите отца состоялся летом 1818 года: король и кронпринц прибыли в Москву, где 17 апреля великая княгиня Александра Федоровна родила первенца – сына Александра. Одиннадцать дней провели прусские гости в древней столице и 15 июня «отсутствовали из Москвы в город Царское Село». После трехдневного отдыха в царскосельской резиденции состоялся торжественный въезд в Санкт-Петербург.          

К первому июля именитые родственники переехали в Петергоф, где прусский король провел еще несколько дней перед отъездом на родину. Возможно, в Петергофе и была поднесена шкатулка, так бережно хранившаяся всю жизнь Александрой Федоровной.

Между братом и сестрой, очень близкими в детстве, на всю жизнь сохранились родство душ и общность интересов. «Среди сестер и братьев Шарлотта была Фридриху Вильгельму самой близкой, – писал биограф короля, –  ей он мог во всем сознаться, она лучше всех понимала, что интересует его в искусстве, она разделяла его искренние немецкие надежды, с ней он вжился в глубочайшие в мире мистические символы… с ней он провел минуты покоя…»[3]. Аналогичные чувства испытывала и Шарлотта, всегда питавшая к старшему брату самую нежную привязанность и искренне считавшая, что они с Фридрихом «едины в жизни внутреннего мира». Еще в 1814 году она написала брату: «Мир может развиваться, как хочет, он не побеспокоит внутреннего звучания чувства. Мы создали себе мир в наших сердцах»[4]. Духовная близость и общность интересов брата и сестры не могли не отразиться на окружавшей их среде, в формировании которой – в Пруссии и России – они принимали самое заинтересованное участие.

Напоминанием о безмятежном детстве в имении бабушки и нескольких летних днях 1818 года, проведенных кронпринцем в России вместе с любимой Шарлоттой, навсегда останется в музейном собрании шкатулка, которая, возможно, еще хранит тайну украшающих ее драгоценных камней.



[1] РГИА. Ф. 469. Оп. 12. 1868. Д. 1321. Л. 1.

[2] Второй и третий визиты Фридриха Вильгельма в  Санкт-Петербург состоялись в 1834 и 1842 гг. Последний приезд короля Фридриха Вильгельма IV был связан с празднованием 25-летнего юбилея со дня бракосочетания его сестры с будущим русским императором Николаем I.

[3] Lewalter, L. Friedrich Wilchelm IV. Das Schicksal eines Geistes.  Berlin, 1938.  S. 136 (перевод. – И.Б.).

[4] Там же.

 

© Государственный музей-заповедник Царское Cело. Правила использования материалов сайта