RUS / ENG На главную
Поиск по сайту
Гостевая книга Карта сайта
Екатерининский дворецЕкатерининский паркАлександровский дворецАлександровский парк
РЕСТАВРАЦИЯ АГАТОВЫХ КОМНАТ. 2010–2013.
 
Необходимость научной реставрации павильона «Агатовые комнаты» осознавалась сотрудниками музея-заповедника города Пушкина, начиная с послевоенного времени. Однако восстановление Екатерининского дворца заставляло откладывать ее на все более поздние сроки. И только после завершения в 2003 году воссоздания легендарной Янтарной комнаты директор музея И.П. Саутов следующей целевой реставрационной программой определил возрождение Агатовых комнат. Началась подготовка ее научной базы, в связи с чем в 2003 году от международной некоммерческой организации World Monument Fund музей получил грант, целью которого являлась разработка методики проведения реставрационно-консервационных работ в помещениях, облицованных природным камнем. Параллельно шли поиски средств на осуществление будущего проекта, и в 2006 году директору музея удалось найти единомышленников в деле воссоздания Агатовых комнат. Он привлек к финансированию дальнейших научно-методических и первоочередных противоаварийных работ ОАО «Российские железные дороги» во главе с его президентом В.И. Якуниным. Конкурс на право быть ведущей организацией в возрождении уникального памятника выиграло безупречно зарекомендовавшее себя при воссоздании Янтарной комнаты, специализирующееся на реставрации архитектурного декора из ценных пород камня ООО «Царскосельская янтарная мастерская» под руководством реставратора высшей категории Б.П. Игдалова.
 
В 2006–2010 годах был разработан и согласован полный комплекс реставрационных обследований и методик, а также выполнен ряд ремонтно-реставрационных работ, необходимых для начала реставрации, в 2009–2010 годах – осуществлен комплекс  мероприятий по ликвидации наружных факторов, влияющих на долговечность убранства интерьеров. Он включал в себя ремонт кровли, междуэтажных и чердачных перекрытий, внутристенных дымовых и вентиляционных каналов, а также сооружение водоотвода от стен Агатовых комнат. Причем при производстве работ выявились строительные приемы, дотоле не известные исследователям здания.
 
В процессе ремонта кровли выяснилось, что купол над ротондой сохранился с XVIII века без изменений, о чем свидетельствуют его деревянные стропильные конструкции и свинцовая кровля, находящиеся до настоящего времени в работоспособном состоянии. Этого нельзя было сказать о деревянных стропилах кровли и балках чердачного перекрытия. Их восстановили с использованием исторических строительных приемов, а утепление последнего выполнили современными материалами.
 
Были обследованы и отреставрированы деревянные конструкции плафонов Агатовых комнат. Наиболее поврежденными оказались каркасы куполов Яшмового и Овального кабинетов, что явилось результатом попадания в них во время войны артиллерийских снарядов и выстрелов по ним из автоматов. Деструктированные фрагменты здесь были тщательно отремонтированы, сохранившиеся конструкции укреплены.
 
Расчет показал, что, вентиляция чердачного пространства осуществлялась недостаточно, поэтому для ее улучшения на кровле дополнительно установили две флюгарки в виде дымовых труб. Изменили также историческую систему водосброса с кровли: водометы, при сильных дождях буквально заливавшие воду в помещения Библиотеки и Кабинетца, заменили водосточными трубами и водоотводными лотками.
 
Была восстановлена вертикальная планировка, гидроизоляция и мраморное покрытие террасы Агатовых комнат (со стороны Висячего сада), контруклон и дефекты покрытия которой являлись причиной замокания стен и дверных заполнений павильона в периоды снеготаяния и дождей. 
 
Одной из основных проблем эксплуатации Агатовых комнат является их температурно-влажностный режим. Нижний этаж здания, некогда занятый банями, а в настоящее время  выставочными помещениями, – отапливаемый, а верхний – холодный. В зимний период перепад температур в них колебался между +200 и –20 С, причем полной изоляции этажей достигнуть невозможно: они объединены лестницей. Это служило причиной выпадения на поверхности стен и плафонов Агатовых комнат конденсата – мощного фактора разрушения декора. Казалось, выход есть – установка в верхнем этаже здания систем отопления и вентиляции, – но такое внедрение в историческую среду инженерного оборудования существенно снизило бы степень аутентичности уникальных интерьеров. Музей принял решение о щадящих мероприятиях, позволяющих минимизировать отрицательные последствия сложившейся ситуации. К ним относятся понижение температуры помещений первого этажа в зимнее время, утепление дверных и оконных заполнений, восстановление функционирования вентиляционных и жаровых каналов и обеспечение подачи через последние теплого воздуха. В критические периоды для оперативного корректирования показателей температуры и влажности предполагается также мониторинг температурно-влажностного режима с помощью технических средств.
 
В XVIII веке освещение летнего павильона Агатовых комнат не предусматривалось. Исключение составляли только восемь торшеров Большого зала, где свечи крепились в дубовых и пальмовых ветвях, находящихся в руках мраморных женских статуй. В наши дни освещенность музейной экспозиции решили усилить путем прокладки за карнизами и под паркетными щитами электрического кабеля. Так были электрофицированы светильники Большого зала, появилась возможность устройства дополнительного освещения и в других помещениях. По прежним трассам, не вторгаясь в художественный декор, проложили также обязательные для музея линии систем охранной и пожарной сигнализации, видеонаблюдения и оповещения о пожаре. 
 
Проведенные подготовительные и первоочередные противоаварийные мероприятия позволили приступить непосредственно к реставрации ценного памятника. В 2010 году ОАО «Российские железные дороги» и Благотворительный фонд содействия развитию железнодорожного транспорта «Транссоюз» выделили необходимые для этого средства, и подрядная организация «Царскосельская янтарная мастерская» начала работы в Агатовом кабинета. Их характер определяла главная особенность уникального декора Агатовых комнат, состоящая в том, что он, несмотря на утраты военного времени, дошел до нас почти полностью. Отсутствие поновлений в ХХ веке дало счастливую возможность сохранности подлинной отделки XVIII столетия, практически не искаженной в позднейшие эпохи. Поэтому основой концепции проведения реставрационных работ стала консервация исторических элементов декора, осуществлявшаяся в соответствии с Международной (Венецианской) хартией по консервации и реставрации памятников и достопримечательных мест, с основными статьями которой мы хотим познакомить читателя.
 
Реставрация должна являться исключительной мерой. Ее цель – сохранение и выявление эстетических и исторических ценностей памятника. Она основывается на уважении подлинности материала и достоверности документов. Реставрация прекращается там, где начинается гипотеза; что же касается предположительного восстановления, то любая работа по дополнению, сочтенная необходимой по эстетическим или техническим причинам, должна зависеть от архитектурной композиции и нести на себе печать нашего времени. Археологические и исторические исследования памятника должны всегда предшествовать и сопровождать реставрационные работы.
 
В случае если традиционная техника окажется непригодной, укрепление памятника может быть обеспечено при помощи современной технологии консервации и строительства, эффективность которых подтверждена научными данными и гарантирована опытом.
 
Наслоения разных эпох, привнесенные в архитектуру памятника, должны быть сохранены, поскольку единство стиля не является целью реставрации. Если здание несет на себе отпечатки многих культурных пластов, выявление более раннего пласта является исключительной мерой и может быть произведено при условии, если удаленные элементы не представляют интереса, если композиция после этого свидетельствует о высокой исторической, археологической или эстетической ценности, если состояние сохранности раскрываемого памятника признано удовлетворительным. Суждение о ценности таких элементов и решение о возможности их устранения не могут зависеть единственно от автора проекта.
 
Элементы, предназначенные для замены недостающих фрагментов, должны гармонично вписываться в целое и вместе с тем так отличаться от подлинных, чтобы реставрация не фальсифицировала историческую и художественную документальность памятника.
 
Для обеспечения научного надзора за выполнением работ в Агатовых комнатах был создан Реставрационный совет с участием представителей Государственного музея-заповедника (ГМЗ) «Царское Село», Комитета по государственному контролю и охране памятников истории и культуры, института «Спецпроектреставрация», Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры, Санкт-Петербургского академического института живописи, скульптуры и архитектуры имени И.Е. Репина. Рациональность расходования благотворительных средств контролировала специально созданная рабочая группа, в состав которой вошли представители «Российских железных дорог», «Транссоюза», «Царского Села» и общественных организаций.
 
Сформировалось несколько бригад реставраторов. Работы по каменной облицовке стен выполняли Ю.А. Молчанов, А.Ф. Соловьев, А.С. Коноплев, Р.Л. Воеводов, К.С. Иванов, А.В. Харламов, К.К. Иванов, О.А. Коршиков, консервации и реставрации позолоты – В.А.Егошина, Л.С. Иванова, М.А. Завгородняя, И.Ю. Рыбалко, Р.А. Шкаредных под руководством художника-реставратора высшей категории Н.М. Фомичевой по разработанной ею, а также А.А. Крыловой и В.В. Финк,  и утвержденной в 2009 году методике. В группу реставраторов живописных вставок входили специалисты из Русского музея А.И. Богомолов, И.С. Бессолицын, Е.Ю. Щукина под руководством художника-реставратора высшей категории Н.И. Русаковой. Ремонт окон выполнен В.Н. Веригиным, реставрацию паркета осуществляла и бригада реставраторов под руководством М.И. Григорьева в составе К.А. Аасма, Ф.С. Гребнева, С.В. Мокрова, М.А. Птюшкина, Е.А. Тростянецкого, М.А. Шевченко, А.В. Щекина, реставрацию бронзовых деталей декора и изготовление новых профилей – Н.К. Ахтулов. 
 
В течение 2011 года шла реставрации оконных рам и декора Агатовых комнат. Оконные заполнения в павильоне представляют собой высокие, двупольные, светлые, с одной филенкой окна-двери. В их дубовую коробку вставлены две рамы – съемная (летняя) и стационарная наружная (зимняя). Летние рамы выполнены из красного дерева в XVIII веке, зимние – из сосны, в  послевоенный период. Двери имели значительные следы биопоражений, вследствие протечек пороги и боковые стойки дверных коробок оказались деструктированными, повсеместно отмечались следы механических повреждений, остатки гвоздей. Поздние заделки, выполненные из сосны, были плохо затонированы и отслаивались. Лакокрасочное покрытие на всех рамах шелушилось и полностью потеряло свою защитную функцию. Вследствие разрушения клеящего состава и деструкции конструктивных шпонок нарушилась геометрия филенок. Двери неплотно закрывались, и внутрь помещения попадали атмосферные осадки, что приводило к дальнейшему интенсивному разрушению древесины дверей и прилегающего к ним паркета. На каждом полотне крепилась бронзовая ручка с накладкой, на правой створке – шпингалет на всю высоту двери, на левой – защелка-фиксатор. Однако детали приборов были частично утрачены, вся бронза покрыта бытовыми загрязнениями, шпингалеты не попадали в пазы.
 
В процессе реставрационных работ с рам удалили старые лакокрасочные покрытия, прогнившие элементы и поздние заделки. Сколы и утраты восполнили вставками из соответствующих пород древесины (в летних рамах – из красного дерева, в зимних – из сосны; заделки на коробке производились из дуба), дерево пропитали антисептиком и покрыли защитным лаком. Некоторые наиболее разрушенные элементы (дверные створки Библиотеки и полукруглые окна-двери Овальной лестницы и Овального зала) заменили на изготовленные заново из красного дерева с соблюдением исторических радиусов, рисунка и профилей. Наружные створки всех окон теперь плотно подогнаны к коробкам, в них устранены щели и трещины, что предотвращает попадание снега и дождя внутрь помещения. Дубовые коробки тонированы с подбором колера под красное дерево. Летние рамы покрыты прозрачным лаком с защитой от ультрафиолетового излучения. Зимние рамы окрашены масляной краской с колером в тон красного дерева. Бронзовые детали дверных приборов расчищены, покрыты тонкой пленкой подогретого воска, недостающие воссозданы по сохранившимся образцам.
 
Реставрация Агатового кабинета. 2010–2011 
 
Главным элементом убранства Агатового кабинета является яшмовая облицовка с основой, состоящей из отесанных массивных известняковых плит с железными связями. Яшма покрывает стены, камин и ту сторону двух массивных дверей, ведущих на Овальную лестницу и в Большой зал, которая обращена в кабинет и является частью цельной каменной композиции интерьера. Яшмовое убранство дополнено в Агатовом кабинете золочеными бронзовыми тягами и декоративными орнаментальными рельефами художественного литья.
 
Комплекс работ включал в себя укрепление на месте осыпающихся и отслаивающихся фрагментов (до 60% площади поверхности) мозаичного яшмового набора, воссоздание его в местах многочисленных утрат и окончательную отделку с нанесением глянца. Была выполнена реставрация, расчистка от загрязнений, рихтовка и тонировка сохранившегося металлического декора. Его утраченная часть, в соответствии с решением Реставрационного совета, воссоздавалась по существующим аналогам, с которых делались формы. Новые элементы изготавливались в иной технике, с небольшим отличием в цвете и способе золочения от прежних: вместо литья использовалась гальваника, вместо исторического огневого золочения – гальваническое.
 
Особенно тщательно реставраторы отнеслись к консервации и реставрации сохранившегося лепного золоченого декора и живописных клейм на своде плафона Агатового кабинета, а также его уникального наборного паркета. Ниже приводится краткое изложение части отчета ООО «Царскосельская янтарная мастерская» о выполненных работах, касающейся реставрации Агатового кабинета.
 
Реставрация яшмовой облицовки стен
 
Работы производились в несколько этапов:
1. Профилактическая заклейка аварийных участков, выявление с помощью простукивания и органолептикой отстающих от основания каменных пластин и пустот.
2. Инъектирование специального раствора в швы между пластинами для восстановления адгезивных свойств старой мастики.
3. Укрепление аварийных участков (устранение вспучивания и коробления) и установка осыпавшихся исторических каменных пластин.
4. Воссоздание утраченного каменного набора.
5. Расчистка загрязнений облицовки.
6. Чистовая отделка – шлифовка, полировка и вощение.
 
В результате визуального осмотра и простукивания стен выяснилось следующее: яшмовая облицовка восточной стены находится в наиболее угрожаемом состоянии. Наблюдались три очага ее вспучивания площадью от 1 до 30 дм2, где мастика полностью отошла от основы или от каменной облицовки, потеряв адгезивные свойства. Большие утраты и осыпь облицовки имелись на откосах окон. На нижнем фризе северной стены, где мастика повсеместно утратила клеющие свойства, пластины камня держались на профилактической заклейке. На западной стене, примыкающей к Большому залу, состояние каменной облицовки было лучше, чем на других, с меньшим количество осыпи и утрат. Но и здесь при простукивании выявились значительные площади пустот. Утраты профилированной каменной облицовки наблюдались на нижнем фризе. На южной стене наибольший очаг вспучивания, площадью около 30 дм2, обнаружился на филенке, примыкающей к дверному проему, существенные утраты уразовской яшмы – повсеместно на нижнем фризе, немалые площади пустот – на филенке над камином. Облицовка дверей, ведущих в Большой зал и на лестницу, имела большие повреждения: оказались утраченными весь бронзовый декор и фигурные ручки, замки не работали.
 
Предварительные обследования показали, что при облицовке яшмой стен использовалась мастика на основе мастикса с включениями воска и даммары, в качестве наполнителя в них добавлялись мел и мраморная пудра, в качестве красителей – натуральные пигменты. Для восстановления адгезивных свойств исторической мастики было произведено инъектирование в швы каменной облицовки, обеспечивающее наименьшее вмешательство в памятник. Раствор вводился в между пластинами в разогретом до температуры около 50о С виде до насыщения полости. В целом (и особенно на западной стене), инъектирование дало положительный результат: мастика вновь пробрела сцепление с основой и облицовкой, исчезли пустоты. 
 
Там, где инъектирование не оказывало эффекта, каменный набор переклеивался. Производились следующие операции: готовилась мастика для переклейки, затем она, а также поверхности известнякового основания и каменной облицовки, с помощью электрического фена разогревались, и расплав, находящийся в состоянии текучести, шпателем наносился на известняк и яшму. Яшмовая пластина устанавливалась на прежнее место и различными приспособлениями в течение 3–5 часов, до полного отвердевания мастики, прижималась к стене.
 
При восполнении утрат применялась яшма с тех же месторождений, того же цвета, рисунка и фактуры, что и историческая. С места утраченной пластины снимался шаблон из ватмана, который затем переносился на фанеру. Изготовленные по нему, точно подогнанные по конфигурации каменные пластины, толщиной 6–8 мм, устанавливались на стену, а швы между ними заштуковывались мастикой с добавлением красителя: сиены жженой, охры красной, сажи. При заключительной операции отделки для придания камню блеска и в целях частичной защиты от загрязнений вся его поверхность полировалась с помощью фетрового круга и воскового полироля.
 
Реставрация бронзового декора
 
Бронзовый декор Агатового кабинета можно разбить на несколько составляющих. Это тяги катаные, обрамляющие стенные филенки; тяги литые с рисунком, обрамляющие комнату по периметру; декоративные элементы растительного орнамента на филенках стен; розетки и листья верхнего фриза. Покрытие всей бронзы производилось способом огневого золочения, ее крепеж на стены – с помощью припаянных шипов длиной 3–3,5 см, для чего в яшмовой облицовке просверлили отверстия диаметром 3–10 мм.
 
Значительная часть художественного металла была утрачена, остался лишь один фрагмент тяги с рисунком, идущим по нижнему фризу, и 30% растительного орнамента на филенках стен. Декор имел многочисленные механические повреждения и стойкие загрязнения, элементы крепления сохранились лишь частично. Перед реставрацией его демонтировали и в условиях мастерской удалили с металлической поверхности грязь. После этого отмытые изделия засверкали, как вновь позолоченные, что свидетельствует о высоком качестве работ, выполненных в ХVIII веке. Механические дефекты на металле выправлялись реставраторами вручную, деревянной киянкой.
 
Реставрационный совет принял решение о воссоздании всех повторяющихся профилей и растительного орнамента бронзового декора. Для изготовления катаных деталей были созданы специальные ролики, по конфигурации соответствующие данному профилю. Полосу металла протягивали через ролики и получали деталь нужного сечения – всего таким способом было получено более 60-ти погонных метров профиля пяти разных сечений.
 
Другие виды бронзового декора воссоздавались методом гальванопластики. По оригинальному образцу изготавливалась пластиковая модель,
которая погружалась в гальваническую ванну. На модель осаждались частицы меди, образуя слой металла толщиной 0,8–1,5 мм, полностью повторяющий исходную форму.
 
Затем воссозданные изделия золотили гальваническим методом. Их полировали, наносили слой никелевой основы, в качестве грунта, и слой золота толщиной 2 мкм. Для удаления избыточного блеска ровные поверхности матировали, покрывая лаком. При монтаже в исторические места креплений декора устанавливали «ерши» – деревянные или пластиковые пробки, куда вворачивались винты или вбивались шипы. 
 
В результате реставрации были расчищены, выправлены и установлены на свои места все элементы бронзового декора, воссозданы утраты его профилей и растительного орнамента.
 
Расчистка и укрепление красочного слоя, лепного декора и позолоты сводов
 
При тщательном визуальном осмотре поверхности лепного декора и фона в тимпанах и на плафоне выявилось, что в тимпане северной стены позолота выглядела гораздо лучше, чем в аналогичном месте восточной стены, хотя ее сильно исказили многочисленные поздние бронзовые закраски и стойкие  поверхностные загрязнения. На южном тимпане практически не осталось позолоты: ее имитировала раскраска маслом и темперой, поверх которой почти по всему декору была нанесена бронза. Исключение составили небольшие локальные, находившиеся в крайне тяжелом состоянии участки, где она вместе со связующим свисала чешуйками. Причины утрат обусловлены поступлением влаги от протечек кровли, а также нарушением технологии производства позолотных работ. Под позолотой, выполненной на масляном связующем, по всей поверхности орнаментальной части тимпанов оказалась толстая проклейка животным клеем, приведшая сначала к образованию сетчатого, с приподнятыми краями кракелюра, а затем – к потере связи с основой.
 
Позолота на фигурах трех медальонов тимпанов сохранилась хорошо, но была незначительно искажена локальными бронзовыми закрасками и поверхностными загрязнениями. При этом надо отдельно отметить полную утрату позолоты на всех трех круглых рамах медальонов, в 1950-е годы сплошь закрашенных бронзовой краской. Только на раме восточной стены были в результате удаления бронзовых закрасок и стойких загрязнений выявлены фрагменты декоративной позолоты. Позолота на декоре плафона дошла до нас почти полностью, но на всей ее поверхности наблюдалось шелушение тонкого верхнего слоя. На рамах живописных вставок она сохранилась лучше, чем в медальонах тимпанов, так как выполнялась в той же технике, что и на фигурах.
 
Обращение к необычному техническому приему – тонировке масляной краской белого цвета в углублениях рельефа с целью придания большей выразительности и объема лепному золоченому декору – обнаружилось в растительном стилизованном орнаменте плафона. В узорах тимпанов была применена бликовка золотом по тонированной масляной краской цвета охры поверхности лепки. Кроме того, старые мастера использовали листочки разноцветного– белого, красноватого и желтого двух оттенков –  сусального золота разной толщины.
 
На красочных слоях фонов фисташкового цвета всех трех тимпанов выявилась сетка трещин поздних верхних слоев масляной краски, в разрывах которой виднелась клеевая краска красноватого цвета (приблизительно подобная английской красной). На фонах плафона наблюдался жесткий кракелюр с приподнятыми краями, шелушение и отставание краски от основы. В разрывах красочного слоя плафона виднелась краска, по цвету повторяющая клеевую краску фона тимпанов.
 
Методика реставрации лепного декора и позолоты плафона Агатового кабинета неоднократно обсуждалась на Реставрационном совете. В результате длительных дискуссий пришли к следующему: сохранившийся исторический золоченый лепной декор укрепляется и расчищается, утраты его позолоты восполняются методом живописных тонировок, позолоты на рамах медальонов в тимпанах – сусальным золотом по масляному лаку с последующим тонированием, красочные слои фонов укрепляются и расчищаются до масляного фисташкового колера (расчистку до первоначального красно-коричневого клеевого фона признали нецелесообразной из-за неизбежных утрат, которые она может повлечь за собой). Решение о воссоздании позолоты обусловливалось тем, что в обрамлении медальонов она была утрачена полностью (следовательно, консервация исключалась), а отсутствие ее на рамах разрушило бы общую декоративную композицию Агатового кабинета.
 
Работы начались с укрепления отделки орнамента тимпанов водными растворами полимеров. Нарушение адгезии, шелушение и разрушения отделочного слоя, поздние наслоения значительно затрудняли проведение консервации, так как через эти неравномерные по толщине и набору слоев покрытия с трудом проникали укрепляющие составы. Количество пропиток ими колебалось от двух–четырех до 10–12-ти и более. Особенно тяжело проходил процесс консервации пришедшей в аварийное состояние отделки декора южного тимпана, где позолота почти не наблюдалась. Конгломерат красок и бронзы в сочетании с сильными стойкими поверхностными загрязнениями мешал фиксации остатков позолоты, а также не позволял увидеть истинную картину сохранности, важную для определения дальнейших действий.
 
После укрепления поверхности позолоты плафона следовала ее располировка, а спустя небольшой промежуток времени с нее удалялись стойкие загрязнения. В результате проведенного комплекса работ удалось законсервировать дошедшую до нас часть отделки декора тимпанов и плафона и удалить с нее то лишнее, что привнесло время.
 
Серьезные изменения авторского красочного слоя претерпели фоновые участки плафона и тимпанов: на первых обнаружилось пять слоев краски, на вторых – три, причем все верхние были масляные, а самый нижний – клеевой. Укрепление аварийного состояния красочного слоя производилось водными растворами полимеров, так же, как и на поверхности декоративной отделки лепного декора, от двух–четырех, а в отдельных местах, до 10–12-ти раз. На участках с поздними закрасками серо-голубого цвета приходилось прибегать к ватными микротампонам, увлажненным спиртом, снимая краску с большой осторожностью, а затем производить укрепление аварийного фона полимерами. Затем щетинными кистями разного размера, с помощью набора моющих средств, производилось удаление стойких поверхностных загрязнений. Поскольку на фонах тимпанов клеевая краска красного цвета начинала реагировать на действие химических веществ раньше, чем на масляном покрытии, эту работу приходилось осуществлять особенно внимательно. В результате проделанного выше открылся масляный светло-фисташковый фон, сквозь сетку трещин которого хорошо просматривался красно-коричневый слой клеевой краски, перекликающийся с цветом яшмовой облицовки кабинета.
 
Для восполнения утрат подкладки под позолоту на лепном декоре тимпанов в технике бликовки (т.е. выборочно) был по аналогии с историческим материалом найден масляный колер. Тонирование проводилось индивидуально в разных местах, с подбором цвета на палитре, в соответствии с сохранившимися участками прежнего красочного слоя. Гипсовая основа поверхности после реставрации орнамента и консервации позолоты подверглась обработке горячей натуральной олифой, а затем в два приема, небольшими по размеру кистями, тонированию колером, приготовленным на основе охры золотистой масляной с добавлением сиены натуральной, марса коричневого и незначительного количества кости жжёной.
 
Несмотря на утраты позолоты, реставрационные мероприятия позволили восстановить цельность орнаментальной композиции тимпанов без поновления. Историческая позолота ныне прекрасно сочетается с масляными тонировками и при достаточном освещении естественным светом слегка поблескивает, как и положено при применении метода бликовки.
 
На рамах медальонов тимпанов после укрепления основы специальными составами, догипсовки утрат поверхности и обработки горячей натуральной олифой была выполнена подготовка грунтом жёлтого цвета. После чего последовало двухразовое нанесение масляного лака, по второму слою которого произвели золочение «на отлип» сусальным и трансферным золотом желтого цвета. Позолоту тонировали цветным матирующим составом с целью придания ей «теплого» оттенка.
 
Утраты позолоты в орнаментальной части декора плафона и на рамах живописных вставок тонировались высококачественными масляными красками – охрой светлой и белилами цинковыми.
 
Тонирование утрат красочного слоя на фонах плафона и медальонов проводилась индивидуально на каждом участке. Тонировки выполнялись масляной краской более светлого тона, чем историческая, колонковыми кистями небольшого размера.
 
На северном тимпане справа оставлены две ленты послойной расчистки красочных слоев. На поле с не удаленными стойкими поверхностными загрязнениями хорошо видны следы авторской клеевой краски красно-терракотового цвета, слой белой масляной краски и слой масляной краски светло-зелёного цвета. Сетка сседания красочного слоя на всех фонах плафона и тимпанов, сохраненная в историческом виде, не затонирована.
 
Реставрация живописных вставок
 
В плафон Агатового кабинета вмонтировано пять живописных вставок, основа которых – тряпичная бумага «верже» ручного отлива – отошла от перекрытий и деформировалась, что угрожало обрушением, отставанием и осыпями красочного слоя, отрывом фрагментов бумаги с кусками штукатурки и клея. На отставших частях основы можно было видеть, что ее тыльная сторона сильно загрязнена и поражена плесенью и на отдельных участках бумага деструктирована до красочного слоя. Наблюдались там также скопления грязи, мусора, сгустки клея и фрагменты штукатурки. Составные листы композиций, по швам склейки имели значительные деформации в виде складок, местами переходящие в изломы. Швы склейки «внахлест» на отдельных участках были ослаблены и расходились.
 
После демонтажа живописных панно обнаружилось значительное коробление основы и красочного слоя, потеря бумагой эластичности. С ее тыльной стороны выявились многочисленные следы очагов черной плесени, вызвавшей обветшание бумажной основы, по периметру панно –  многочисленные мелкие и крупные (до 15 см) разрывы и изломы бумаги, утраты основы, а также отверстия от гвоздей, крепивших живописные вставки к потолку.
 
Утраты коснулись и авторского, эмульсионного, гладкого, тонкого, светло-желтого грунта основы живописных панно. Связь его с основой была ослаблена, на отдельных участках наблюдалось отставания от нее. 
Неудовлетворительной была связь с грунтом многослойной, гладкой, но с отдельными пастозными участками и белильными прописки масляной живописи картин. Кроме того наблюдались ее многочисленные утраты с потертостями до нижележащих слоев и грунта. На участках, пораженных плесенью, красочный слой оказался деструктированным, обесцвеченным, а в тех  местах, где лак в составе связующего живописи разложился, он побелел, поскольку. Авторская живопись участками находилась под поздними разновременными записями, наибольшее количество которых наблюдалось по периметру. Всю живописную поверхность покрывал толстый, неравномерный слой потемневшего, разложившегося лака и загрязнений.
 
Перечислим процессы, выполненные при реставрации живописных вставок:
удаление механическим способом с тыльной стороны основы объемных наслоений штукатурки и клея;
удаление с поверхности красочного слоя старой профилактической заклейки;
укрепление красочного слоя, грунта и основы; 
удаление очагов плесени, остатков клея и загрязнений с тыльной стороны основы (взяты пробы для микологического анализа);
антисептирование тыльной стороны основы методом отдаленного увлажнения;
удаление следов очагов плесени с лицевой стороны основы;
удаление стойких поверхностных загрязнений с лицевой стороны красочного слоя; 
определение кислотности основы универсальным индикатором и ее нейтрализация;
повторное местное укрепление красочного слоя, грунта и основы с лицевой стороны раствором осетрового клея с медом;
укрепление и пластификация основы; 
обработка тыльной стороны основы буферным раствором;
укрепление изломов основы с тыльной стороны пшеничным клеем и длинноволокнистой японской бумагой;
укрепление разрывов основы с тыльной стороны японской бумагой и пшеничным клеем; укрепление швов склейки подведением пшеничного клея с просушкой под прессом в натуральных сукнах;
восполнение утрат основы тряпичной бумагой ручного отлива (изготовлениия 1796 года, с соответствующими бумаге оригинала направлением и размерами сетки «верже»), с предварительной заточкой (утоньшением) краев дополнения и краев утраты с тыльной стороны основы;
дублирование красочной основы на японскую бумагу пшеничным клеем; 
подведение реставрационного грунта в места утрат;
регенерация лака методом Петтенкофера;
пробные работы по утоньшению лака;
пробные работы по удалению записей с красочного слоя;
тонирование утрат красочного слоя (в местах незначительных утрат, строго в их границах, – тонирование, имитирующее технику и манеру автора, многочисленных потертостей на расчищенной от записей авторской живописи – тонирование в технике пуантель, с использованием небольшого количества краски); 
покрытие красочного слоя слоем лака; 
монтаж композиций на исторические места.
 
Реставрация паркета
 
Паркет Агатового кабинета щитовой. Его набор включает в себя различные виды розового дерева (бахию и другие), палисандр, орех, самшит, тик, падук, амарант, дуб (мореный в зеленый цвет), березу, эбеновое дерево, граб, клен, махагон. Паркет состоит из четырех центральных квадратных щитов сложного рисунка, двух секторных, четырех прямоугольных щитов фриза и четырех ломаней (двух у дверей и двух у окон). Паркетные щиты связывались между собой шпонками, на черновом полу закреплялись коваными гвоздями. Щели между щитами (различной ширины, местами до 2 см) были зареены ценными породами дерева, согласно рисунку паркета. Наборный слой местами отставал от основы, имел многочисленные сколы и выбоины. Была утрачена часть набора у северного окна, у восточного узор заменили гладкими вставками. Гравировка на паркете сохранилась фрагментарно: ее утраты составляли до 80%.

Для реставрации в условиях мастерской был проведен полный демонтаж паркетных щитов с временной консервацией рассыпающегося паркетного набора при помощи микалентной бумаги и жидкого столярного клея. Обнажился черновой пол из широких сосновых досок толщиной 45–65 мм, лежащих на кирпичной кладке, к которой они крепились с помощью вмонтированных в нее деревянных пробок. В толще кладки, в технологических проемах, виднелись глиняные сосуды с двумя ручками типа амфор, установленные для уменьшения веса перекрытия. «Черный» пол более чем на наполовину сгнил, что привело к значительным просадкам уровня паркета и короблению паркетных щитов, поэтому его настил полностью заменили, предварительно проведя пропитку лаг антисептическими и противопожарными средствами. Уровень пола при монтаже паркета был заново выверен.

Паркетные щиты представляют собой рамочно-филеночную сосновую конструкцию с наклеенным на лицевую сторону набором из ценных пород дерева. Первоначальная толщина набора составляла 12 мм, что видно по обрезкам паркета, найденным под полом, и по толщине паркета в районе плинтусов. На момент снятия паркета толщина набора в центре помещения составляла 3–5 мм.
 
Первоначально устранили крупные коробления щитов паркета, вызванные разрушением и просадкой чернового пола. Деструктурированная древесина оснований удалялась и восполнялась новой древесиной сосны с использованием столярного клея.
 
Паркеты Агатовых комнат изначально предназначались для особняка А.Д. Ланского, и при подгонке в новых интерьерах их щиты были произвольно распилены, невзирая на нарушения рамочной конструкции оснований. Это привело впоследствии к значительному короблению некоторых щитов и отделению набора от основы. В процессе реставрации проводились протезирование утраченных конструктивных связей и коррекция коробления.
 
В результате коробления основы, естественной усадки древесины и утраты связующих свойств клея элементы набора в значительной мере потеряли связь с основой и в отдельных местах были прибиты гвоздями. Особенные повреждения пришлись на такие породы как дуб, клен и береза, которая как самая мягкая находилась в наиболее изношенном состоянии.
 
Потребовалось проведение работ по поднятию набора с применением спиртовых инъекций. Деформацию ламелей паркета максимально скомпенсировали путем наклейки с нижней стороны набора дополнительной основы и выдержки их в прессах в течение продолжительного времени. Утраченные фрагменты набора воссоздали из соответствующих ценных пород дерева.
 
Естественная усадка древесины привела к возникновению значительных щелей между элементами набора. Несоответствие направления слоев сосновой основы и древесины набора обернулось множественным растрескиваниям его элементов. Все эти и подобные дефекты устранялись путем зареивания утрат соответствующими ценными породами дерева. После укрепления набора и устранения в нем утрат и дефектов (необходимо заметить, что все работы проводились исключительно с использованием столярного клея), была произведена его окончательная промывка. Мелкие трещины и сколы устранялись с помощью твердого воска, подбираемого под цвет утраченной древесины.
 
Гравировка, изначально имевшаяся на некоторых элементах набора, оказалась утраченной на 80%, а сохранившаяся, в соответствии с решением Реставрационного совета, оставлена без реставрации, поскольку ее воссоздание повлекло бы за собой вторжение в древесину и отразилось на состоянии подлинных частей паркета.
 
Перед установкой паркета основа щитов была обработана антисептиками в щадящих количествах, не допускающих просачивания средств на их лицевую поверхностью. Технологические щели между щитами паркета заделали  соответствующими ценными породами древесины согласно композиции рисунка пола. Финишное покрытие паркета выполнялось путем нанесения на него двух слоев масла с твердым воском и двух слоев масла повышенной твердости. Так как новая древесина существенно отличается от старой, под воздействием ультрафиолета и воздуха изменившей со временем свою расцветку, для выравнивания колористической гаммы паркета между слоями лака произвели коррекцию цвета. 
 
Реставрация Библиотеки. 2011
 
Перед началом реставрации выявились дефекты декора. Оказалось, что лепка пострадала от сырости, сильно загрязнена, имеет сколы на западной и восточной стенах. На плафоне недоставало 10-ти живописных вставок из 17-ти, исчезли и живописные вставки медальонов. Повреждения коснулись и других элементов интерьера. Двери (одна, выходившая на лестницу, другая – в ротонду) не сохранились. Колер стен, неоднократно перекрашивавшихся, не соответствовал историческому, их красочный слой имел значительные повреждения. В реставрации нуждался паркет Библиотеки.
 
Пол в этом помещении состоит из двух квадратных больших щитов и трех щитов ломанеи (два у дверей и один у окна). Для проведения ревизии его конструкции все щиты демонтировали. Обнаружилось, что подпаркетные лаги полностью разрушены, в связи с чем произошли значительные просадки уровня паркета и коробление паркетных щитов. Реставраторы провели работы по удалению сгнившей и траченной жучком древесины лаг, произвели их противоплесневую и укрепляющую пропитку, после чего уложили лаги в качестве экспонатов на перекрытие, установив рядом новые, из клееного бруса. Древесину настила черного пола, как и половые лаги, полностью деструктированную, пораженную микроорганизмами, они полностью заменили. Реставрации паркетных щитов Библиотеки осуществлялась по той же схеме, что и в Агатовом кабинете.
 
Реставрация живописи
 
К моменту начала реставрации осталось около 40% первоначальной живописи. Ее уцелевшие детали представляют собой аллегории и мифологические сюжеты, по-видимому, объединенные общим смыслом, в потолочном плафоне Библиотеки. Они выполнены масляными красками на бумажных листах, наклеенных в соответствующие по форме кессоны на потолке. Вокруг медальонов в тимпанах сохранилась орнаментальная масляная роспись по штукатурке дубовыми ветками, предположительно, конца ХIХ века. К сожалению, полностью утрачено историческое заполнение медальонов в верхней части стен.
 
По технологии, отработанной в Агатовом кабинете, была проведена реставрации живописных вставок и в Библиотеке. Однако без реконструкции общего замысла плафона сохранившиеся композиции выглядели бы на нем слишком фрагментарно, разрушая целостность архитектурного образа интерьера. Концепцию восполнения утрат, одобренную Реставрационным советом, предложил доцент кафедры реставрации института имени И.Е. Репина Ф.В. Бобров.
 
Для восстановления общей картины плафона использовали фотографии 1930-х годов. Из имеющегося изображения выделялась одна из живописных вставок, которая увеличивалась до размера сохранившихся. После необходимой цифровой обработки и коррекции сюжет становился лучше читаемым и удобным для восприятия. При этом естественная недосказанность композиции, образующаяся по причине низкой детализации исходного фотоматериала, оставалась. Цвет во вновь выполненных композициях отсутствовал, за исключением фонов клейм, повторяющих уцелевшуюся живопись кессонов.
 
В результате реставрации общая программа плафона Библиотеки воспринимается полноценно. При этом зритель легко отличает подлинные его фрагменты, выделенные цветом, от современных, в черно-белой гамме, что находится в полном соответствии с постулатом Венецианской хартии: «Реставрация прекращается там, где начинается гипотеза».
 
В соответствии с решением Реставрационного совета была укреплена и сохранена на месте позднейшая живопись в тимпанах Библиотеки.
 
Реставрация книжных шкафов и дверных проемов
 
В ниши восточной и западной стена Библиотеки встроены два двухстворчатые, дубовые с фанеровкой из ценных пород дерева книжных шкафа. Они состоят из двух частей: верхней, с полками для книг, затянутой серебряной сеткой, и нижней, с двумя глухими створками. В Библиотеке две двери: одна ведет из нее на лестницу, другая, внутреняя, – в Висячий сад. Наборные двухфиленчатые тамбуры дверных проемов и дверцы шкафов, выполнены по одинаковой технологии: на сосновой основе – отделка шпоном ценных пород дерева (палисандр, розовое дерево, кап ореха), покрытая шеллачным лаком.  Фанеровка шкафов, отслоившаяся и местами утраченная, имела большое количество задиров, сколов и царапин, сетка дверец была разорвана. Недоставало половины бронзовых ручек и ключевин, лаковая отделка отсутствовала. На поверхности тамбуров дверей также наблюдались многочисленные царапины, сколы и задиры древесины. Шеллачное покрытие сохранилось только на верхних частях щитов, заполнения дверей были утрачены.
 
Реставрация проводилась в условиях мастерской, поэтому шкафы и панели тамбуров полностью демонтировали. В процессе реставрации фанеровку расчистили и укрепили, в местах утрат восполнили материалом, подобным историческому. Серебряную сетку и имеющиеся бронзовые приборы тщательно отреставрировали, недостающие элементы изготовили по аналогам, лаковое покрытие восстановили. Дверные заполнения воссоздали по образцу сохранившихся в Кабинетце.
 
Реставрация штукатурки, лепного декора и красочного слоя
 
Фоновые участки плафона, парусов, тимпанов и стен Библиотеки дошли до нашего времени с серьезными изменениями авторского красочного слоя. На фонах тимпанов насчитывалось три слоя краски, а на плафоне и стенах – пять. Все верхние слои масляные, а самый нижний, окрасочный, – клеевой. Подготовительный слой – известково-гипсовая штукатурка светло-бежевого цвета, покрытая олифой. Говоря о первичном слое штукатурки, следует заметить, что  аналитические данные указывают на его наличие в большинстве помещений Агатовых комнат. Последующие вмешательства в отделку интерьеров проводились с применением известково-гипсового штукатурного материала с отдельными ремонтными вставками и докомпановками сложным известково-цементным раствором.
 
Стены Библиотеки оказались сильно поврежденными сыростью, выявились утраты и отслоения штукатурного слоя. Имелись трещины как штукатурного слоя, так и красочного. Во многих местах последний отсутствовал или был основательно загрязнен. Поврежденный сыростью, сильно забеленный лепной декор, имел частичные сколы, трещины, отслоения от основы. В тимпанах, в рамках ромбовидных вставок, в рамках медальонов выявились утраты лепного декора. 
 
В процессе реставрации расчистку лепного декора проводили до проолифленной поверхности, либо, в отсутствии олифы, до последнего, красочного слоя. Удалению с поверхности декора подлежали все поздние красочные наслоения и докомпановочные фрагменты. Производилось восполнение небольших утрат поверхности методом домазки гипсовым раствором, близким по составу к первоначальному, с последующей проработкой формы и зачисткой. Использовалась классическая система защитно-декоративного покрытия – обработка горячей олифой за два раза с последующей окраской составами, близкими по рецептуре к оригиналу. Окраска выполнялась клеевыми красками за два раза. 
 
Реставрация штукатурной отделки включала в себя укрепление подлинных частей, восполнение утрат известковыми растворами исторической рецептуры. Красочные слои удалялись только в местах шелушения и отслоения. Окраска стен и фонов плафона выполнена первоначальными колерами, выявленными в результате расчисток. Ленточные расчистки исторических окрасочных наслоений законсервированы на месте.
 
Все реставрационные работы по двум помещениям, Библиотеке и Агатовому кабинету, завершились и были приняты Реставрационным советом 27 декабря 2011 года.
 
Реставрация Большого зала. 2012
 
В 2012 году реставрационные работы продолжились во всех остальных помещениях павильона «Агатовые комнаты». В сентябре завершилось восстановление Большого зала, представшего как блестящий образец гармонии авторских архитектурных и декоративных решений с их воплощением. Достигнуто это было теми же технологическими приемами, что и в Агатовом кабинете 
 
Безупречно выполнена реставрация лепного декора на своде Большого зала, заключавшаяся в полной расчистке позолоченных деталей плафона от загрязнений, поздних многокрасочных наслоений и бронзировок, установки фрагментов, изготовленных по сохранившимся аналогам, в местах утрат. В соответствии с принятой концепцией минимального вторжения в историческую ткань, воссозданию подверглись лишь небольшие, не превышающие 1% от общей площади декора, и повторяющиеся элементы. Было произведено укрепление сохранившейся позолоты, в местах мелких утрат выполнены тонировки, возобновлена позолота в юго-западном углу и в центре зала с южной стороны, где наблюдались наибольшие потери лепнины. Воссозданные части намеренно делались более яркими, чтобы зритель смог легко отличить от подлинных.
 
В этот же период велась реставрация лепных фигурных рельефов на потолке и в медальонах на стенах. В первом случае композиции реставрировались без воссоздания (их техническое состояние не требовало активных внедрений): ограничились расчисткой от загрязнений, укреплением гипса лепного декора, позолоты и окраски. Были раскрыты и тщательно отреставрированы первоначальные зеленоватые, сиреневые и нежно-розовые фоны, скрывавшиеся под слоями загрязнений и записей, хотя исторические красочные слои фонов рельефов обычно редко подлежат восстановлению. Позолоту лепных рам медальонов, утраченную (за исключением лишь отдельных следов бронзировки) еще в ХIХ веке, так же, как и в Агатовом кабинете, было решено воссоздать. Обоснованием этого послужили материалы натурного исследования, обнаружившего остатки исторического слоя позолоты на одной из рам.
 
Живописное убранство Большого зала пострадало мало – из 70 клейм целиком утрачены только две, 11 сохранились фрагментарно (площадь красочного слоя меньше 60%). Утраченная живопись не воссоздавалась, так как общей композиции плафона она, составляя чуть более 1% от его поверхности, не нанесла существенного ущерба. При реставрации живописных клейм плафона проводились технологические исследования и применялись методы реставрации, утвержденные для ранее выполненных работ. Во всех клеймах осуществили техническую реставрацию бумажной основы: ее укрепили, расчистили от грязи, плесени и биопоражений и дублировали на аналогичную. В местах мелких утрат живописи выполнили тонировки, в местах больших утрат – монохромные тонировки пуантелью в цвет фона. Отреставрированные клейма установили на первоначальные места.
 
Стены и свод Большого зала имела многочисленные повреждения от протечек и снарядов в виде отслоений искусственного мрамора и глубоких трещин, хотя после войны проводилась фрагментарная реставрация стюка на стенах в местах утрат. Реставрационный совет решил восстановить искусственный мрамор щадящими методами, с максимальным сохранением старой отделки. В процессе работ выполнили полную расчистку от загрязнений, пятен ржавчины и красочных наслоений, заделку мелких и глубоких трещин, сколов и выбоин, инъектирование на участках отслоений, воссоздание облицовки в местах утрат с сохранением первоначального рисунка. Наиболее опасные повреждения обнаружились в верхней части стены, граничащей с Библиотекой. Здесь в результате длительных протечек в середине ХХ века произошло выпучивание, отслоение от кирпичной стены и глубокая деструкция штукатурной основы искусственного мрамора, которую укрепили на кляммеры, а в местах крупных трещин инъектировали. По всем стенам и нишам участки поздних реставрационных вставок были расчищены и надежно зафиксированы, затем полностью отделаны воском с последующим нанесением глянца.
 
Реставраторы выполнили большой объем работы по реставрации декора стен из натурального мрамора. Рельефы над каминами, сохранившиеся почти полностью, карнизы, сандрики и колонны с капителями расчистили и укрепили нейтральными составами. По утратам и повреждениям, составлявшим небольшой процент от общей площади отделки, Реставрационный совет вынес особое решение. Самые крупные из них и сколы, влияющие на восприятие архитектурных пропорций зала, воссоздали в камнезаменителе, мелкие не возобновляли, чтобы при их соединении с подлинным камнем не повредить исторические детали. После завершения реставрации на мрамор нанесли глянец и восковое покрытие. 
 
Наиболее жаркие дискуссии развернулись по поводу мраморных каминов Большого зала. В справке М.Г. Воронова, хранителя коллекций Екатерининского дворца с довоенного времени, указано, что один камин привезен из Италии, второй изготовлен по его образцу скульптором Ж.-Б. Шарлеманем-Боде. Камины отделаны панелями из порфира, на которых крепились мраморные композиции (повторения рельефа ныне хранящегося в Лувре саркофага Муз), утраченные во время Великой Отечественной войны. На их местах остались лишь насечка для клеевого состава (на итальянском камине), небольшие пироны и силуэтные пятна клея (на камине Шарлеманя). В соответствии с решением Реставрационного совета, принятом в рамках Венецианской хартии, для правого камина была выполнена, уменьшена до необходимых размеров и повторена в современном материале электронная копия панно разрушенного во время Великой Отечественной войны камина Малиновой гостиной из Александровского дворца. Его выбрали в качестве аналога, так как, судя по довоенным фотографиям, по рисунку и пластике оно повторяло, хотя и с увеличением, рельеф Большого зала. Левый камин оставлен без изменения как свидетельство военного времени. 
 
Одновременно с работой над каминами шла реставрация восьми бронзовых светильников и восьми мраморных скульптур, выполняющих функцию торшеров. Особого внимания требовали мраморные статуи женщин – мастера тщательно проверили места предыдущих реставраций, укрепили и при необходимости тонировали прежние докомпановки, но, в основном, ограничились укреплением, расчисткой, покрытием воском и другими консервационными мероприятиями. Исключение составило лишь воссоздание кончиков носа трех скульптур, без чего лица девушек выглядели бы карикатурно. Порфировые постаменты скульптур восстанавливались по методике, утвержденной для реставрации натурального мрамора. Пьедесталы украшали золоченые бронзовые картуши, из которых до нас дошел только один. Состояние и бронзового античного профиля, и огневого золочения рельефа на картуше было хорошим, поэтому реставрационные работы свелись здесь практически лишь к промывке золочения и укреплению композиции на место. Утраченные картуши решили не воссоздавать, так как неизвестно, какие рельефы на них размещались, а фотографии, которые могли бы это подсказать, отсутствуют.
 
Четыре из восьми торшеров декорированы бронзовыми золочеными пальмовыми ветвями, остальные – дубовыми. В первых, сохранившихся более полно, была выполнена реставрация бронзы и промывка исторического огневого золочения, листья дополнены локально, по имеющимся образцам. Во вторых не удалось собрать ни одного полного комплекта листьев, поэтому Реставрационный совет принял решение: при воссоздании утраченных элементов этих светильников учитывать степень достоверности реконструкции. В результате фрагменты, повторяющие сохранившиеся детали, сделаны из бронзы, а воссозданные по фотографии – из другого материала. Позолота на листьях светильников выполнена сусальным золотом по масляному грунту.
 
Параллельно в мастерской велась реставрация наборных паркетных полов XVIII века из ценных пород дерева (розы, черного дерева, самшита, клена, граба, дуба, березы, тика, амаранта, падуба, ореха) с гравировкой и протравливанием. Для того, чтобы не повредить уникальный исторический материал, она производились щадящим способом, по методике, отработанной в 2011 году при восстановлении пола Агатового кабинета и Библиотеки. Перед установкой паркетных щитов на место прошла масштабная реставрация подпаркетных лаг, часть из которых, поврежденную плесневыми грибами и жучком, заменили здоровым деревом.
 
Большого профессионализма и мастерства потребовала реставрации дверных полотен и панелей с фанеровкой наборными шпонами из ценных пород дерева, поскольку она была местами вспучена, имела следы утрат и вставок, не соответствовавших первоначальному замыслу. Реставраторы восполнили недостающие участки шпона аналогичным деревом, заменили поздние включения, полностью перебрали каменный набор дверных полотен со стороны Яшмового кабинета, укрепив яшму на новой мастике, так как старая потеряла свои адгезийные свойства. 
Реставрация Большого зала была принята Реставрационным советом 2 октября 2012 года. 
 
Реставрация Яшмового кабинета. 2012–2013 
 
Работы в Яшмовом кабинете продолжались в течение 2012–2013 годов. Существенно худшим, чем в других помещениях, здесь оказалось состояние верхней части интерьера. Протечки и прямое попадание артиллерийского снаряда привели к утрате примерно 1/8 деревянной конструкции центрального купола и деструкции его древесины, под угрозой обрушения находились штукатурка и убранство свода. Однако мероприятия по ремонту купола с чердачной стороны и укреплению современными средствами его деструктированной древесины позволили сохранить лепнину на историческом месте, притом по аналогам были воссозданы ее утраченные фрагменты. Реставрация лепного декора и позолоты осуществлялась по ранее согласованной и примененной в уже отреставрированных помещениях методике.
 
В процессе реставрации декора Яшмового кабинета обнаружились ранее неизвестные детали. В полях кессонов купола и сводов после проведенных расчисток выявилась имитирующая фактуру зеленой яшмы масляная альфрейная роспись по штукатурке, которую укрепили и отреставрировали. При расчистке гипсовых женских изображений в парусах купола обнаружили фрагменты масляного золочения. Их также, предварительно зафиксировав, отреставрировали; утраченную позолоту воссоздали в исторической технике. Кроме того расчистки показали наличие вокруг упомянутых рельефных фигур написанных твореным золотом поверх слоев окраски медальонов и лавровых ветвей, датированных второй половиной XIХ века. Реставрационный совет принял решение, что эти поздние элементы убранства необходимо законсервировать для демонстрации посетителям как части истории Яшмового кабинета. Колер тона красно-коричневой яшмы, использованный при окраске фонов парусов, также обнаружен в результате расчисток.
 
В основании купола располагается живописный фриз, чья сохранившаяся часть составляет примерно четверть окружности свода. После укрепления и расчистки его красочного слоя открылась композиция, выполненная по аналогии с сюжетами античных краснофигурных ваз. Следуя той же методики восстановления живописи, что и в Большом зале, Реставрационный совет решил вернуть на место все ее сохранившиеся фрагменты, а утраты затонировать в цвет фона исторической росписи. 
 
В состав работ, осуществленных в Яшмовом кабинете, помимо перечисленных, входила реставрация каменного набора облицовки стен и накладного бронзового золоченого декора, замена половых лаг и реставрация наборного паркета. Работы осуществлены в соответствии с технологиями, отработанными при восстановлении декора Яшмового кабинета и Большого зала.
 
Реставрация Овального кабинета. 2013
 
Более других в процессе реставрационных работ изменился облик Овального кабинета. В результате расчисток выяснилось, что первоначальная гамма декора этого интерьера, полностью отличается от существовавшей до 2011 года. Вместо оливковых оттенков стен и поверхностей купола, коричневых и сине-фиолетовых красок его живописных клейм, черно-белой гаммы камина открылись розовато-бежевые масляные слои основного колера стен и купола. Они оттеняют живописные вставки, созданные в стиле краснофигурной живописи, примененном и в мастичном декоре камина. 
 
Хуже всего из элементов декора кабинета сохранились живописные клейма купола, написанные, как и вся монументально-декоративная живопись Агатовых комнат, маслом по бумаге. От центральной композиций купола остались лишь обрывочные фрагменты, которые Реставрационный совет принял решение законсервировать и вернуть на историческое место, использовав как эталон колера тонировки фона. Прочие клейма имели лучшее состояние, особенно в нижнем ярусе. Из четырех живописных вставок в круглых медальонах стен одна оказалась утраченной полностью, еще одна – на 50%. Реставраторы проявили высочайшее мастерство, вернув к жизни великолепную живопись купола и тондо Овального кабинета.
 
Состояние живописного фриза кабинета, напротив, признали хорошим. После его расчистки открылась тончайшая фигуративная живопись в стиле краснофигурных античных ваз, практически без утрат. Было установлено, что она относится к первоначальному периоду отделки и имеет высокую художественную ценность, но под слоями многочисленных, подчас, ремесленных, записей разглядеть ее изящество и безупречность практически не представлялось возможным. По окончании реставрации все живописные композиции по уже апробированной методике наклеили на свои места.
 
Золоченый лепной декор купола и декоративная масляная живопись в треугольных кессонах сохранились удовлетворительно –  специалисты выполнили их расчистку, укрепление и тонировки.
 
При реставрации беломраморной облицовки камина и его декора из черной и красной мастики, повторяющего рисунки на античных вазах, было выполнено восстановление архитектурных профилей в местах сколов и выбоин, а также расчистка и укрепление сохранившихся слоев мастики. По решению Реставрационного совета недостающие фрагменты сюжетных композиций не воссоздавали, а места утрат заполнили фоновой черной мастикой, несколько отличающейся по глубине тона от исторической. Силуэты фигур во фризе камина восстановили по сохранившейся довоенной фотографии.
 
В ходе реставрации паркетных полов полностью заменили истлевшие лаги, отремонтированы паркетные щиты, укреплены и расчищены элементы паркетного набора. 
 
На стенах Овального кабинета, декорированных штукатурными панелями и тончайшей намазной золоченой лепкой в виде виноградных ветвей, следы прежних окрасок сохранились минимально, но реставраторам удалось обнаружить первоначальную расколеровку розоватых и бежевых оттенков. Сложность представлял штукатурный слой, отходивший от кирпичной основы практически по всей поверхности, в связи с чем мастерам пришлось его тщательно укреплять инъекциями и «прошивать» вдоль многочисленных трещин мелкими кляммерами. После этого он превратился в «художественную штопку», следы которой, впрочем, скрыты слоями шпатлевки и масляной окраски. Реставрация лепных ветвей свелась лишь к их укреплению и расчистке – домастиковки намазной лепки не производились, чтобы не травмировать историческую ткань декора, позолотный слой также только укрепили и расчистили. Таким образом, очевидно, что реставраторы в Овальном кабинете практически полностью использовали лишь методы консервации.
Реставрация Кабинетца. 2013
 
Это небольшое, симметричное Библиотеке помещение имеет наиболее простое среди интерьеров Агатовых комнат убранство. Потолок и стены Кабинетца отделаны штукатуркой и орнаментальной лепкой. Основным декоративным акцентом в нем является камин каррарского мрамора. Лепка, штукатурная облицовка и окраска Кабинетца были восстановлены по традиционной методике. При реставрации камина вставки допускались минимально, только в местах нарушения архитектурных элементов, формирующих целостность его композиционного решения. Паркетный пол Кабинетца в результате регулярного попадания через наружные двери дождевой воды разрушился больше, чем в других помещениях. Утраты набора паркета в этом зале составили более 30%, поэтому только здесь Реставрационный совет одобрил воссоздание утраченных частей паркетного рисунка.

Реставрация Лестницы. 2013
 
Главной эстетической ценностью овальной Лестницы является совершенство консольной конструкции. К счастью, время оказалось не властно над ней. Реставраторам осталось лишь расчистить гранитные ступени и кованые перильные ограждения, а также вновь окрасить последние. Огневое золочение бронзовых элементов декора после расчистки практически не пришлось восстанавливать, настолько хорошим было состояние их позолотного слоя.
 
Потолок и стены лестничного помещения отделаны штукатуркой и орнаментальной лепкой, техническое состояние которой признали удовлетворительным, поэтому дополнения в местах утрат здесь выполнялись в незначительном объеме. В процессе расчисток подтвердились голубоватые оттенки колеров стен и кессонов купола. Дополнительно выяснилось, что фоны фриза и поверхности купола аналогичны розовато-бежевому тону фона медальонов, вследствие чего историческую расколеровку восстановили.
 
Реставрация Овальной лестницы была принята Реставрационным советом 30 мая 2013 года. 
 
Реставрация потайных помещений
 
Из семи интерьеров Агатовых комнат три имеют овальные очертания, в результате чего при планировке последних с помощью деревянных перегородок образовали четыре потайных «кармана». Ч. Камерон использовал их для устройства подсобных помещений: двух лестниц на чердак и двух небольших кладовочек. Потайные двери, ведущие в эти комнатки, визуально являются частью панелей стен Лестницы, Агатового и Овального кабинетов. С оштукатуренными и окрашенными стенами, деревянными винтовыми лестницами, простой отделкой, они хорошо сохранились до нашего времени и не нуждались в сложной реставрации. 
 
Реставрация Агатовых комнат, завершившаяся в августе 2013 года, получила высокую оценку специалистов и посетителей. По итогам осуществленных работ был подготовлен подробный научно-реставрационный отчет. Музей удовлетворен достигнутым результатом и рассчитывает как на будущую благополучную жизнь одного из ценнейших памятников дворцово-паркового ансамбля Царского Села, так и на дальнейшее совершенствование петербургской школы реставрации, медленно, но верно разворачивающейся от привычных приемов воссоздания памятников истории и культуры к европейским стандартам их консервации.
 
Музей понимает, что всех этих успехов он не смог бы достичь без деятельного, заинтересованного участия ОАО «Российские железные дороги» и Благотворительного фонда содействия развитию железнодорожного транспорта «Транссоюз». Мы искренне благодарны В.И. Якунину за творческий вклад в осуществление проекта реставрации уникальных интерьеров Агатовых комнат, значение которого со временем будет только возрастать.
© Государственный музей-заповедник Царское Cело. Правила использования материалов сайта